Мнение Ивана Миронова о судебной системе РФ

Иван Борисович Миронов — кандидат исторических наук, адвокат, русский политик, националист, писатель. В эфире передачи “Смыслы” (“Царьград ТВ”) от 9 декабря 2015 года он рассказывает о судебной системе Российской Федерации.


Ведущий:
А судьи кто? — За древностию лет
К свободной жизни их вражда непримирима,
Сужденья черпают из забытых газет
Времен Очаковских и покоренья Крыма…

Здравствуйте! У нас в гостях кандидат исторических наук, член Союза писателей России, адвокат Иван Борисович Миронов. Иван Борисович, вот цитата Александра Сергеевича Грибоедова, известнейшего нашего писателя. Она была приведена в контексте нашей темы, которую хотелось бы вместе с вами обсудить. Тема – “Судебная система Российской Федерации”. По нашим опросам, которые мы для себя проводим, по нашей аналитической статистике складывается ощущение, что служащие судебной системы (судьи, прокуроры) – люди, которых наше народонаселение любит может быть чуть больше, чем банкиров и ростовщиков. Вы как адвокат, что по поводу этого скажете?

Иван Миронов: Я думаю, что они их любят чуть меньше, чем банкиров и ростовщиков. Сегодня судебный аппарат выродился в такую несменяемую касту таких жрецов, которые обслуживают интересы государственного аппарата – тех же чиновников, тех же прикормленных прикремлёвских банкиров, олигархов, правоохранительной системы. Причём всё это делается подчас вразрез закона и вразрез требованиям Конституции.

Ведущий: То есть, сама по себе Конституция и сам по себе Свод законов Российской Федерации вполне себе состоятельный?

Иван Миронов: Я считаю, что у нас идеальная Конституция, вполне удовлетворительный закон и очень неплохой УПК. Если бы приэтом всё это соблюдалось, то, конечно, у нас была бы идеальная судебная система. Но, к сожалению, как говорят, “закон — что дышло: куда повернёшь — туда и вышло” при подходе судей к этому вопросу. Потому что сегодня судья – это не выборная должность, судьи у нас назначаемы. В России неизветсно ни одного случая, когда бы судью увольняли или привлекали к дисциплинарной ответственности за неправомерный приговор, за неправомерное решение.

Ведущий: Насколько я понимаю, это взято калькой из судебной системы Соединённых Штатов? У них также судья является человеком, которому даже при “осуждении” судьи выплачивается большая заработная плата, он всё равно остаётся человеком почтенным. Или здесь несколько другой момент?

Иван Миронов: Интересная ситуация: настолько судьи неприкосновенны, что это такая священная корова для правоохранительных органов, можем увидеть, скажем, изучив статистику приговоров. У нас очень много дел, когда к уголовной ответственности привлекают следователей, оперативных сотрудников, которые участвовали в фальсификации доказательств по уголовным делам, привлекая к уголовной ответственности заведомо невиновных! Подбрасывали наркотики, под пытками получали доказательства…

Правоохранительная система без судебной невозможна, потому что все решения, каждый процессуальный шаг следователя закрепляет судья! Так вот, сажают банду “оборотней в погонах” из 10-15 человек, например, за которыми тянется шлейф сфабрикованных дел, а это люди, это реально поломанные судьбы. И ни одного фигуранта (а за ними дети, семья, которые страдают, у которых вымогают деньги), но приэтом эти люди находятся под стражей на абсолютно незаконных основаниях, подтверждённых судебной системой! Ни один судья не понёс за это ответственности, хотя принял это решение, зная, что оно абсолютно незаконное! Или осудил, или арестовал человека, не имея на то законных оснований, или продлил сроки содержания под стражей. И люди получается гниют в тюрьме. Инициатор задерживается, возбуждается дело, но тех, чьими руками всё это сделано (а делается это руками судей) уводят из-под ответственности.

Ведущий: Обратите внимание, Иван Борисович, на такой момент. У нас периодически всплывает кое-какая информация об отношении коррумпированных чиновников, в отношении какого-то чиновничьего сговора, и, в принципе, принимаются какие-то меры пресечения этого на самом высоком уровне, но всё, что касается судей… это, действительно, некая неприкосновенная каста. Складывается впечатление, что судебный аппарат, судебная система является одной из каких-то “домоутверждающих” колон. То есть государство, как некое строение. И вот если что-то попытаться сделать с этой колонной (с судебной системой), то сами по себе основы государства будут поставлены под сомнение. В этом может быть есть какое-то оправдание?

Иван Миронов: Здесь палка о двух концах! С одной стороны – да, это некая такая крыша того беззакония, который под ней происходит. Но, с другой стороны, это такая лакмусовая бумажка уровня демократизации государственной системы и уровня доверия общества государственному аппарату. Если судьям не доверяют, если судьям не верят, как именно в гарант справедливости и правосудия, тогда речь идёт о доверии вообще к государству в целом. Потому что это основной показатель доверия общества власти.

Возвращаясь к тому вопросу, который мы начали. Например, буквально вчера – дело с сфабрикованными данными, провокация на трассе – останавливают бронированную машину, бьют кувалдами, вытаскивают пассажиров, избивают, забирают часы, кольца, деньги и засовывают 9 грамм героина в карман. Всё это делают сотрудники СОБР «Булат»! Человек сидит под стражей с мая. Буквально неделю назад людей, которые участвовали в этой “спецоперации”, направляли эту “спецоперацию” (полковник и подполковник) арестовывают по подозрению в причастности к деятельности банды, на которой порядка 63 убийств! И когда мы выходим выходим в суд и говорим, “Вот эти люди имеют прямое отношение к фальсификации уголовного дела, они подбрасывали!” – суд это не принимает во внимание. И судья дальше продлевает сроки содержания человека под стражей…

В любом судье борется человеческое, справедливое и вот то, что мы называем “судейским”. То есть он живо участвует в процессе, он задаёт вопросы, он запоминает следователя, он разбирается в ситуации, по реакции он занимает полностью сторону защиты (соглашается, кивает, поддерживает), но выходи с абсолютно другим решением. Ему “звонят”, говорят “продлевай, делай так, как мы тебе говорим!”. Потому что в противном случае он лишится работы, сладкой пенсии и всех прочих благ, так как судья в нашей стране – одно из самых социально защищённых лиц, чтобы он поменьше думал о самостоятельных правовых решениях.

Ведущий: Иван Борисович, в таком случае должны быть прецеденты хороших судей? Есть ли случаи, когда такой судья выносит правильное решение, и после этого следует какая-то кара со стороны этой звероподобной системы?

Иван Миронов: Я не хочу усомниться в профессионализме очень многих судей, которые продолжают работать или работали в судебной системе, но единственное, что приходит на ум – это Сергей Анатольевич Пашин – известный судья в отставке, который по многим делам занимал принципиальную позицию – за это он фактически потерял работу, но при этом сохранил авторитет, имя и уважение. Этот человек является “двигателем” в пике системных моментов судебной реформы…

Конечно, не все, конечно, не все! Но сегодня в России оправдывается 0.2% из всех обвиняемых по уголовным делам!..

Это некое небольшое раздвоение. С одной стороны, президент говорит, что профессионально работают следователи, и поэтому это 0.2. Но с другой стороны – президент заявляет о необходимости расширения компетенции Суда присяжных, как самого объективного источника уголовного права. А присяжные оправдывают в России порядка 20%. Но проблема в том, что присяжные из миллиона уголовных дел рассматривают 500 – это 0.05%! Это ничего! Но чуть меньше года назад президент потребовал представить предложение по расширению полномочий присяжных заседателей по включению компетенций Суда присяжных новых статей, в том числе и по экономике, потому что за 10 лет компетенция Суда присяжных сократилась порядка 70%.

Сокращение компетенции Суда присяжных шла постепенно, резко – где-то с 2010 по 2014 год. При Медведеве из компетенции Суда присяжных были выведены женщины, несовершеннолетняя молодёжь и пенсионеры.

Ведущий: То есть те группы, которые имеют зачастую принципиальную позицию?

Иван Миронов: Это во-первых! Во-вторых, женщина теперь, оказавшись по ряду статей, она не имеет, в отличие от мужчины, права на Суд присяжных, пенсионер – тоже самое! Получается дескать, что они не подпадают под высшую меру, в силу возраста и пола, поэтому “зачем им Суд присяжных?”. Но это позволяет опять-таки оказывать давление на подсудимых, если идёт, скажем, группа, все не признают свою вину. Одного человека склоняют к сотрудничеству за смягчение уголовного наказания, и он даёт уже признательные показания на тех, на кого покажут.

Так вот, год прошёл после заявления президента и требования представить предложение по расширению Суда присяжных… Предложения по реформе Суда присяжных сводились к следующему: “А давайте-ка 12 человек сократим до 5-7 и дадим право судье участвовать при обсуждении вердикта (запустим судью в совещательную комнату)”.

Как вы знаете, традиционный Суд присяжных, который был в Российской империи, и который затем унаследовала Российская Федерация (кстати, один из разработчиков по Суду присяжных был Пашин), так вот, судья был всего лишь арбитром, контролёром за соблюдением уголовно-процессуального законодательства при рассмотрении уголовного дела. Он не лез в обсуждение вердикта, он мог лишь выносить приговор после того, как пришел старшина Суда присяжных и отдал листки с голосованием. А здесь же предлагается ввести судью в этот коллектив, сократив число присяжных. Ради Бога! Если количество уголовных дел будет больше, подсудимые, которые могут заявлять свою позицию и требовать Суда присяжных будет больше в разы, как и должно быть.

В Российской Империи за Суды присяжных осмотрели порядка 74% всех уголовных дел! У нас это 0.05%!

Среднемировой индекс оправдательных приговоров – 25%.

Ведущий: То есть в той же ненавистной Америке 25%?

Иван Миронов: Там больше – около 30%. Но не учитываются сделки со следствием. Там этот механизм отработан идеально. Человек, который подписывает, понимает, на какой срок он подписывается. А у нас могут обмануть, могут пообещать, могут сделать – могут не сделать на каждом шагу. То есть, это как игра в лотерею. Если человек идёт на особый порядок, он признаёт вину, ему говорят, “Пойдёшь условно!” или “Пойдёшь за отсиженное!”. Он выходит в суд, признаёт вину и его “бах!” на реальный срок и ещё года 3-4…

Ведущий: Иван Борисович, наша политика здесь такова, чтобы люди не уезжали за границу на постоянное место жительства. Но, послушав вас сейчас, ты понимаешь, что в любой момент тебе могут подкинуть наркотики, “закрыть тебя”, и ты будешь сидеть…

Иван Миронов: Я всё-таки хочу довести мысль до конца. И вот не против были бы мы, если, скажем 70% уголовных дел рассматривали Суды присяжных, пусть это будут 5-7 человек вместо 12, пусть это будет не 20% оправдательных приговоров, а 10%, 7% – но это лучше, чем 0.2! Правильно же? Правильно! То есть это будет хоть какой-то шанс на объективность, шанс на справедливость. Что в итоге? В итоге – ничего! Ни одни шаг навстречу требованию президента по расширению полномочий Суда присяжных не сделан! Всё заболтали, опошлили. И в итоге всё осталось так, как оно и есть. Суды присяжных – это единственный шанс человека на справедливость, то, что его дело будет рассмотрено как можно более честно, объективно!..

Мнение Ивана Миронова о судебной системе РФ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.