“Расследование 9/11”. Часть 1: Всемирный торговый центр

Террористические акты 11 сентября 2001 года – серия координированных атак, произошедших в США, унёсшая жизни 2977 человек. Событие произвело широкий резонанс, а официальные версии произошедшего были подвергнуты многочисленной критике, в том числе и со стороны депутата Европарламента Джульетто Кьезы. В документальном фильме под его руководством опровергаются выводы официальной комиссии, занимавшейся расследованием причин трагедии. По мнению создателей фильма, башни-близнецы Всемирного торгового центра обрушились не из-за пожара, возникшего после того, как в здания врезались самолеты, захваченные террористами, а в результате управляемых взрывов. И очевидцы трагедии — подтверждают эту гипотезу…


Нафиз Моссадек Ахмед (историк, Университет Сассекса):

Если вы зайдёте на сайт ФБР, то увидите, что Усама Бен Ладен числится у них в списке самых опасных террористов. Однако он обвиняется в организации терактов 1998 года, а не 11 сентября 2001. Некоторые журналисты звонили в ФБР и спрашивали, “Почему вы не связываете Бен Ладена с событиями 11 сентября?” Им отвечали: “У нас нет достаточных оснований для этого!”.

скриншот страницы с официального сайта ФБР (https://www.fbi.gov, 14.05.16)
скриншот страницы с официального сайта ФБР (https://www.fbi.gov, 14.05.16)

Роберт Фиск (“The Independent”):

“Увидев кадры, сделанные в Нью-Йорке на прошлой неделе, я спрашивал себя, был ли Бен Ладен потрясен этими снимками так же, как и я. Думаю, он смотрел телевизор, слушал радио, читал газеты.”

Брайн Кларк (менеджер компании “Eurobrokers”):

“11 сентября я был в офисе компании “Евроброкерс”, который находился на 84 этаже Южной башни. В эту башню врезался второй самолёт. Я работал за компьютером, когда утром в 8:46 раздался громкий взрыв.

В 8 часов 46 минут 40 секунд самолёт американских авиалиний, рейс №11 врезался в Северную башню Всемирного торгового центра, вызвав многочисленные повреждения здания между 93 и 99-м этажами.

дд

Брайн Кларк (менеджер компании “Eurobrokers”):

“По внутреннему радио объявили, “Внимание! Зданию №2 (нашему зданию) ничего не угрожает. В эвакуации людей из здания нет необходимости”. Через пару минут я говорил с парнем по имени Бобби Кол. Бобби сказал, что уже спустился на 8-10 этажей, когда услышал это объявление, поэтому он снова поднялся наверх. Мы разговаривали и вдруг раздались два взрыва, наше здание пошатнулось.”

В 9:03 рейс 175 United Airlines врезался в Южную башню.

ррр

Брайн Кларк (менеджер компании “Eurobrokers”):

“В нашей комнате всё затряслось. Мы были на 84 этаже. В тот момент я не знал, что второй самолёт врезался в наше здание на уровне 78 этажа, то есть шестью этажами ниже… Я слышал удары по стене и слабый крик о помощи, доносившийся с 81 этажа. Мне удалось вытащить какого-то человека. Нас подбросило в воздух и я упал на спину, а этот человек оказался сверху. Мы поднялись, отряхнулись и я сказал, “Пойдём домой!”.

Дарио Фо (лауреат Нобелевской премии):

“От первого удара башни покачнулись, но они тут же вернулись в первоначальное положение. Почему? Потому что были сконструированы так, чтобы выдержать столкновение с самолётом.”

Фрэнк Де Мартини (менеджер Бюро проектирования и строительства ВТЦ):

“Мы строили башни так, чтобы они могли выдержать удар одного и даже нескольких реактивных лайнеров.”

Стивен Джонс (физик):

“Башни были очень прочными. Их конструкцию можно сравнить со стволом дерева, внутри которого множество волокон. Если дерево наклоняется, внутренние связи между волокнами заставляют его вернуться в исходное положение.”

Тем не менее, через 56 минут, после того как самолет врезался в Южную башню, она рухнула.

towerexplo

Брайан Кларк (менеджер компании «Eurobrokers»):

«Выйдя из Торгового центра, мы оглянулись и увидели, что башня закачалась. Мы не верили своим глазам – всё здание превратилось в пыль за какие-нибудь 8-10 секунд».

Луи Каччиоли (пожарный, работал в Северной башне):

«Мы уже заходили внутрь, когда увидели, как из окон башен выбрасываются люди. Один человек упал прямо на пожарного».

В 10:28 рухнула и Северная башня.

Луи Каччиоли (пожарный, работал в Северной башне):

«Обернувшись, я увидел, что башня падает. Чтобы было легче бежать, я бросил свою кислородную маску, а потом меня окутали клубы пыли».

s_a28_61244_10

Официальная версия обрушения башен была изложена в отчёте Национального института стандартов и технологий. С 2002 по 2006 год его сотрудники изучали обстоятельства обрушения Всемирного Торгового центра. Они пришли к выводу, что оно явилось следствием комбинаций внешних воздействий, вызванных ударами самолетов, и последовавшим за ним пожара.

Дарио Фо (лауреат Нобелевской премии):

«Люди, которые проектировали и строили эти башни, говорили нам, что здания должны были выдержать удары не одного, а нескольких самолетов. Но спрашивается, разве могли инженеры и архитекторы представить, что самолеты врежутся в башни, не имея на борту ни капли топлива? Может быть, они полагали, что самолеты принесет туда попутный ветер?».

Лес Джемисон (участник движения «Правда об 11 сентября»):

«Ни до, ни после 11 сентября башни со стальными опорами не обрушались в результате пожаров».

Дарио Фо (лауреат Нобелевской премии):

«В 2005 году в Мадриде был большой пожар – загорелся небоскреб. Пламя было огромным. Пожар продолжался 20 часов. 20 часов подряд! Однако несущие конструкции остались неповрежденными. Небоскреб не упал. (Отель «Виндзор», Мадрид, февраль 2005 года). Как видите, здание объято огнем. Небоскреб не был достроен. Строительные работы продолжались, тем не менее, он устоял. Обратите внимание на белый цвет пламени. Это говорит о большом количестве кислорода. Если вы посмотрите на пламя, вырывающееся из окон нью-йоркских башен, то увидите, что оно тёмно-красное, а дым чёрный».

Отель «Виндзор», Мадрид, февраль 2005 года
Отель «Виндзор», Мадрид, февраль 2005 года

Стивен Джонс (физик):

«Во время пожара из окон башен валил тёмно-серый, почти чёрный дым. Это говорит о недостатке кислорода».

Дарио Фо (лауреат Нобелевской премии):

«Через 55 минут башня рухнула. Согласно официальной версии Национального института стандартов и технологий, в определенный момент стальные конструкции башен ослабли. Они уже не обладали такой же прочностью, как в начале. По мнению специалистов, это произошло из-за невероятно высокой температуры. Но кое-что объяснить трудно. Мы знаем, что множество людей спускалось вниз. В какой-то момент они оказались в том месте, где пожар был наиболее сильным. И всё же, преодолев его, они смогли дойти до основания башни. Как им это удалось?».

Брайан Кларк (менеджер компании «Eurobrokers», работал в Южной башне):

«Посмотрев вниз, я не увидел огня. Я понимал, что нужно попробовать спуститься вниз. Мы решили идти, пока нас не остановит огонь. Мы дошли до 78-го этажа. Пол ещё был цел, однако этаж был сильно поврежден. С другой стороны стены поднимались языки пламени. И всё же пожар не был очень сильным. Я чувствовал, что огню не достаёт кислорода. Мы продолжали спускаться, и когда дошли до 74-го этажа, то увидели, что там всё нормально – свет горел, а снизу поднимался свежий воздух».

О том, что температура внутри башни не была слишком высокой, можно судить по силуэту этой женщины – она стоит в том самом месте, куда врезался самолет.

khalezov-911-26-damage-to-nt-edna-cintron-enlarged

Пол Крэг Робертс (помощник министра финансов США в администрации Рональда Рейгана):

«Можно не сомневаться в том, что официальная версия не объясняет причин обрушения зданий ВТЦ».

Чтобы выяснить причины обрушения зданий, Институт стандартов и технологий провёл множество тестов, некоторые из которых были поручены Лаборатории техники безопасности США.

Лес Джемисон (участник движения «Правда об 11 сентября»):

«Сотрудник Лаборатории техники безопасности Кевин Райан публично подверг сомнению выводы Национального института стандартов и технологий. После чего был тут же уволен».

screenshot6

Кевин Райан (бывший сотрудник Лаборатории техники безопасности США):

«В августе 2004 года мы провели ряд тестов, которые опровергли первоначальную теорию о так называемом «блинчатом» обрушении. Согласно этой теории, этажи оседали и складывались один на другой как стопка блинов. Опоры перекрытий ослабли и перестали удерживать конструкцию. Они рухнули. В наших тестах перекрытия не рухнули, хотя температура пожара была намного выше, а время воздействия продолжительнее. И всё же перекрытия не рухнули. Через несколько месяцев правительство выпустило уточнённый вариант отчёта. В нём было сказано, что образцы перекрытий не обрушились. Кроме того, в Лаборатории исследовали несколько обломков, взятых с места пожара. Анализ показал, что температура пожара была очень низкой. Температура была недостаточно высокой даже для того, чтобы размягчить сталь. И всё же в итоговом заключении сказано, что сталь размягчилась, и перекрытия рухнули. Таким образом, либо результаты тестов недооценили, либо проигнорировали, хотя в компьютере эти данные остались».

Институт стандартов и технологий решил эту проблему своеобразно: прежняя теория «блинчатого» обрушения была заменена на теорию сложения внутрь. В отчёте, выпущенном Институтом, говорится, что жар ослабил перекрытия, и они начали прогибаться. Внешние стены башен также изогнулись. В какой-то момент они уже не могли сдерживать вес верхних этажей.

Кевин Райан (бывший сотрудник Лаборатории техники безопасности США):

«Окончательная версия отчета почти полностью основана на компьютерных данных, но доступа к ним нет. Мы не смогли их проверить. Исследования, проведенные за последние полтора года, противоречат результатам этих тестов. Кроме того, были сфальсифицированы сами параметры тестов: что-то удвоено, что-то уменьшено наполовину. Например, утверждают, что на борту самолета находилось около 13 тонн топлива. По данным Федерального авиационного агентства, горючего было примерно 6,5 тонн, то есть вдвое меньше. Время, в течение которого компьютерная модель подвергалась воздействию огня, было увеличено вдвое по сравнению с реальным».

Паоло Марини (металлург, Институт материаловедения, Италия):

«Одним из поразивших меня фактов была скорость, с которой обрушились башни. Невероятная скорость. Если сбросить груз с высоты 400 метров, а именно такова была высота башен, ему понадобится примерно 9 секунд, чтобы достичь земли. И это в том случае, если ему не будет мешать сопротивление воздуха, замедляющее движение».

Брайан Кларк (менеджер компании «Eurobrokers», работал в Южной башне):

«Всё здание превратилось в пыль за какие-нибудь 8-10 секунд».

Паоло Марини (металлург, Институт материаловедения, Италия):

«Столкновение самолета с башней произошло на верхней части. Предположим, что она рухнула внезапно, вследствие огромного давления нижние конструкции ослабли. Однако нельзя не учитывать сопротивления не повреждённых этажей. В любом случае, здание не могло упасть с такой скоростью. Оно обрушилось так, будто внизу была пустота, а не прочная стальная конструкция, которая должна была значительно снизить скорость падения».

Обрушение ВТЦ-7

Дарио Фо (лауреат Нобелевской премии):

«Рядом с башнями-близнецами стояло ещё одно большое здание, которое задели обломки, упавшей башни».

Всемирный торговый центр 7
Всемирный торговый центр 7

Падение Северной башни вызвало повреждения и пожар на нескольких этажах здания №7. Но даже согласно официальной версии, не огонь послужил причиной его обрушения. Тогда почему оно произошло?

Стивен Джонс (физик):

«В это огромное 47-этажное здание самолеты не врезались. И всё же оно упало в тот же день, но спустя 7 часов после обрушения второй башни. Мы измерили скорость обрушения здания. Она приближалась к скорости свободного падения. Я понимал, что нужно тщательно изучить все обстоятельства падения здания №7».

У обрушения башен-близнецов и здания №7 есть одна сходная черта – среди обломков всех трёх зданий были найдены куски расплавленного металла.

Стивен Джонс (физик):

«Расплавленный металл, который мы тщательно исследовали, был найден под развалинами всех трех небоскрёбов: обеих башен и здания №7».

Паоло Марини (металлург, Институт материаловедения, Италия):

«Специализированный институт выполнил металлографический анализ балочных ферм, найденных на месте обрушения. Когда эти балки вытащили из-под завалов, казалось, что некоторые их части расплавлены. Это абсолютно необъяснимо, т. к. температура огня поднималась максимум до 800 градусов. А чтобы расплавить стальную балку, нужна температура около 1600 градусов. Откуда же появился расплавленный металл? Если изучить зернистую структуру стали под микроскопом, можно заметить присутствие значительного количества вещества, которого там быть не должно. Серы».

Стивен Джонс (физик):

«Сейчас мы знаем, откуда там взялся расплавленный металл. Он появился в результате действия вещества под названием «термит», который является соединением алюминиевого порошка, оксида железа и серы».

Паоло Марини (металлург, Институт материаловедения, Италия):

«Температура была настолько высокой, что сталь начала плавиться. Это могло быть лишь в том случае, если за несколько секунд температура поднялась до отметки выше 1000 градусов. Стальные балки, безусловно, могли расплавиться в случае использования термита».

119812406_1221906446_explos

Стивен Джонс (физик):

«Присутствие термита в обломках зданий свидетельствует о том, что кто-то принёс его заранее и заложил в стальные опоры. Я говорил со специалистом в области обрушения зданий. Он сказал, что именно так они и поступают: закладывают взрывчатку, устанавливают радиоуправляемые детонаторы, а затем инициируют серию последовательных взрывов для того, чтобы здание обрушилось строго по вертикали и с большой скоростью. Это, так называемое, контролируемое обрушение».

Уильям Кристисон (сотрудник ЦРУ):

«Все характеристики этих разрушений говорят о том, что это было контролируемое обрушение».

Стивен Джонс (физик):

«Будучи учеными, мы выдвигаем различные гипотезы, а затем, анализируя все данные, выбираем наиболее вероятную версию. Нужно учитывать множество факторов. Да, можно обратить внимание на отдельные факты, например, на клубы дыма, и сказать, что из-за высокого давления были выбиты окна, но это не объяснит наличие расплавленного металла или серы».

119812476_1221906585_mak

Жанетт Маккинли (очевидец событий):

«Когда упала Южная башня, и клубы дыма влетели в мою квартиру, находившуюся прямо напротив Всемирного Торгового центра, я собрала образцы пыли и отдала их Стивену Джонсону».

Стивен Джонс (физик):

«Пыль, которую передала мне миссис Маккинли, даёт представление о субстанциях, образовавшихся при обрушении башен, идеальный образчик. Обнаружив в пыли капли металла, я подумал: «Именно так должен был сработать термит». Я провёл несколько экспериментов с термитом, и каждый раз маленькие капельки металла разлетались в разные стороны. Такие же крошечные капли металла были и в образцах пыли. И ещё там был барий. Это очень интересно, потому что нитрат бария и сера – составные части той разновидности термита, которую используют военные. Термит с добавлением серы и нитрата бария помогает быстрее разрушить сталь. Барий очень токсичен. Он редко встречается в такой большой концентрации, какую мы видим здесь. Наличие в пыли этого вещества убеждает меня в том, что в данном случае, был использован термит армейского происхождения».

Дэвид Рэй Гриффин (автор книги «Расследование событий 11 сентября: ошибки и искажения фактов»):

«Выяснилось, что несколько десятков пожарных и врачей скорой помощи слышали в здании один, два, три, семь, восемь, а некоторые и десять взрывов. Люди, находившиеся в зданиях, утверждали, что были сбиты с ног взрывной волной. Другие рассказывали о ярких вспышках. Многие говорили: «Это было похоже на обрушения зданий с помощью взрывов, которые мы наблюдали по телевизору. Мы видели кольца, образующиеся при обрушениях. Мы слышали звуки взрывов».

119812922_1221909200_rodriges

Уильям Родригес (бывший сотрудник ВТЦ):

«Я работал там 20 лет – убирал этажи. В здании 6 подземных этажей. Вспомогательные службы, занимающиеся уборкой Всемирного Торгового центра, располагались на первом подземном этаже. Я был там, когда в 8:46 вдруг услышал взрыв. Он был такой силы, что подбросил нас вверх. Когда секунд через 6 я пришёл в себя, то услышал, как на верхних этажах что-то взорвалось. Это были два разных взрыва. Я воскликнул: «Боже мой!». И в этот момент в наш офис подбежал какой-то парень. Он протягивал руки вперёд, и было видно, что с них содрана кожа. Она свисала с кончиков его пальцев, как обрывки перчаток. Тогда я так и подумал, но подойдя к нему ближе, я всё понял: я увидел, что у него нет части лица».

Филипп Берг (адвокат):

«В тот день ключ от всех дверей был у него, и он начал открывать им дверь за дверью. Он сам вывел из здания человек 15 или 20. Вилли стал героем. Он был в Белом доме, у нас есть фотография, на которой Джордж Буш поздравляет его с присвоением звания Национального героя».

Уильям Родригес и Джордж Буш
Уильям Родригес и Джордж Буш

Уильям Родригес (бывший сотрудник ВТЦ):

«Мы услышали: «Бум, бум, бум!» – это были множественные взрывы. Я спросил пожарных, что это за взрывы, и они сказали: «Наверное, это взрываются газовые баллоны на кухнях». Нет! На кухнях стояли электрические плиты, там вообще не было газа!».

Луи Каччини (пожарный, работал в Северной башне):

«Я услышал громкий взрыв. Я в жизни не слышал такого громкого взрыва».

Брайан Кларк (менеджер компании «Eurobrokers», работал в Южной башне):

«Я слышал громкие взрывы. Они раздавались на уровне земли это было очень странно. Было не похоже, что взрывы происходят высоко в воздухе».

Филипп Берг (адвокат):

«Зная законы физики, я не сомневаюсь, что эти здания не могли рухнуть без помощи взрывчатки. Вилли оказался в самой гуще событий. Президент Буш чествовал его как героя, а теперь Родригес обвиняет Буша, Чейни и Буша-старшего в убийстве. И делает он это не из корыстных побуждений. Вилли, как и многие другие, потерял свой дом, свою работу. И сейчас его цель – узнать правду»…

Проект “Мнение”. “Расследование 9/11”. Часть 1: Всемирный торговый центр

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.